Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

"Линкольн".
Американская кинематография встречает 150-летия со дня отмены рабства более чем ударно: минимум две вышедшие в международный прокат картины на соответствующую тематику - это серьёзная заявка на осмысление собственного прошлого.
На первый взгляд, сравнивая "Джанго освобождённого" с фильмом Стивена Спилберга, предпочтение, в смысле радикальности расчёта с национальной историей, следует отдать Квентину Тарантино: чисто стилистически безбашенный "Джанго" не оставляет академичному и пафосному "Линкольну" шансов, сводя баланс симпатий в свою пользу.
Однако не станем торопиться с выводами и постараемся в совершенно прозрачном и не требующем кропотливого истолкования "Линкольне" найти неожиданный, учитывая все юбилейные обстоятельства, выверт, превращающий традиционное и до неприличия типичное биографическое в кино в отчаянное святотатство.
Итак, на дворе январь 1865 года. Авраам Линкольн что только переизбран на пост президента Соединённых Штатов. Гражданская война продолжается, но победа, после Геттисберга и марша генерала Шермана к морю, не за горами. Падение Юга - вопрос ближайших месяцев.
Президент может быть доволен, спокойно готовясь ко своей второй инаугурации, уверенный, что непременно войдёт в исторические анналы, однако, вместо почивания на лаврах, Линкольн взволнован и угнетён. Главная его забота - это предстоящее в конце января голосование по Тринадцатой поправке к Конституции, законодательно отменяющей рабство.
Зачем нужна эта Поправка, если два года назад уже была выпущена соответствующая Прокламация? О, Америка - не обычная европейская держава, где, для окончательного решения вопроса, достаточного воли верховного лица. Прокламация, трактующая чернокожих рабов как имущество поднявших мятеж против федерального правительства южан, которое должно быть изъято у бунтовщиков в рамках восстановления конституционного порядка, имеет силу лишь на период военных действий.
Потом, когда Юг наконец-то сложит оружие и воцарится мир, прежние рабовладельцы смогут, опираясь на решения судов в своих штатах, истребовать назад конфискованное у них имущество: они более не мятежники, оснований не возвращать им их рабов, являющихся из законной собственностью, нет.
Словом, рабство надо отменять снова, но сей раз - капитально и окончательно: вступившая в действие Поправка к Конституции - это не только согласие обеих Палат Конгресса, но и поддержка со стороны законодательных собраний штатов. С местными легислатурами Линкольн проблем не видит: количество "свободных" штатов плюс один-два рабовладельческих, которые выступят за Поправку, сделает её принятие почти автоматическим. С верхней Палатой сложностей тоже нет: Сенат на стороне президента.
Единственная инстанция, где закон может споткнуться, это - Палата Представителей, где у Линкольна нет необходимого большиства в две трети голосов, т.е., пробивая Поправку, ему придётся заручиться поддержкой его политических врагов - демократов, перетянув на свою сторону двадцать конгрессменов. Причём сделать это будет тем сложнее, что одна попытка провести этот акт уже состоялась, и она оказалась неудачной. Линкольн ставит своей администрации задачу: добиться принятия 13-й поправки. Задача, принимая во внимание начальные условия, нереальная. Президенту может помочь только чудо...
Таков запев двучасовой истории, представленной Спилбергом. Запев, для тех, кто следит за байопиками, вполне банальный: есть великий деятель и ещё более великие препятствия - кто кого. Однако дальнейшее не просто опровергает зрительские ожидания, воспитанные, в том числе, и на американском изводе жанре, но откровенно повергает шок.
Дело в том, что Авраам Линкольн, хрестоматийная и несколько скучная фигура, задавшись целью облагодетельствовать негритянский народ и всё человечество, для её реализации не гнушается абсолютно ничем, превосходя в политической эквилибристике такие эталонные фигуры, как Талейран или Меттерних. Разворачивающая на глазах публики картина того, как делается реальная политика, способна покоробить самого преданного поклонника 16-го президента США.
Торговля федеральными должностями, в том числе и фискального характера, угрозы, шантаж, махинации с подсчётом голосов, привлечение на аутсорсинг провинциальных мастеров на все руки, по которым плачет тюрьма, лжесвидетельствование, введение в заблуждение членов своего кабинета, обман однопартийцев, - используется всё. Исключение составляют заказные убийства (нет нужды) и прямой подкуп (Линкольн щепетилен и требует обойтись без взяток).
Однако, когда кажется, что дальше падать некуда, что Авраам Линкольн - это самый мерзкий, самый гнусный, самый бессовествный политический деятель во всей американской истории, по сравнению с которым Ричард Никсон с его прослушкой конкурентов - милый симпатяга, выясняются ещё более чудовищные вещи.
Дело в том, что Линкольн, помимо борьбы с демократами, вынужден сражаться за единство собственной партии. Республиканская фракция в нижней Палате расколота на две части - радикалов во главе с брутальным Тедом Стивенсом и консерваторов. Первые безоговорочно поддерживают 13-ю поправку; вторые готовы это сделать при условии, что Линкольн начнёт закулисные переговоры с представителями Юга о перемирии.
Линкольн, которому нельзя допустить раскола, соглашается. В обстановке строгой секретности делегация южан отправляется из Ричмонда в сторону Вашингтона. Конфедерация, обескровленная войной, готова пойти на условия Севера: надежд на перелом в боевых действиях нет никаких, остаётся с достоинством сдаться.
Ещё чуть-чуть, и братоубийственная бойня, унёсшая столько жизней и продолжающая свою кровавую жатву, окончится. Любой другой президент с радостью бы ухватился за эту возможность дать передышку измученной стране.
Любой, но только не Линкольн, ибо он чётко знает, что, стоит подписать хотя бы прелиминарное соглашение, стоит лишь намекнуть, что war is over, никакая 13-я поправка принята не будет, потому что, в условиях мирного времени, когда нет нужды добить своенравный Юг, число сторонников освобождения негров гораздо меньше, чем когда громыхают пушки.
И Линкольн, используя свои полномочия верховного главнокомандующего, добивается того, чтобы сорвать эти переговоры, отложив их на несколько недель, в течение которых американские граждане продолжают умирать на полях сражений, чтобы, продавив вотирование своего законопроекта, сесть за стол переговоров с южанами.
Да, теперь конфедераты загнаны в угол, да, не окажись новым камнем преткновения 13-я поправка, компромисс найти было бы гораздо проще, да, война продлится ещё до апреля, но какое-то это теперь имеет значение, когда цель, поставленная Линкольном, достигнута. А цена? Кто об этом спросит, ведь победителя не судят...
Впрочем, не совсем. Победителя не судят историки, поддавшиеся грандиозности его свершений, у современников на сей счёт иное мнение. И Линкольну этого суда избежать не удалось. Заседание состоялось 14 апреля 1865 года во время представления пьесы "Мой американский кузен".
Я всегда удивлялся, почему покаравший 16-го президента святой мученик Джон Уилкс Бутс, выскочив на сцену театра Форда, выкрикнул: "Такова участь тиранов". Какой из чудаковатого Авраама Линкольна, длинного, нескладного, в шлёпанцах и дешёвой рубахе, годного, скорее, для анекдотов, тиран?
Стивен Спилберг очень подробно показал - какой.
Tags: Кино
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments