«Записки охотника». Сцены дворянского разгула, которые должны были, по мысли автора, свидетельствовать об обречённости крепостного уклада, вызывая негодование у образованной публики, мною читаются с упоением.

Какая могучая эпоха, какие жестокие и одновременно чудесные типы, какая витальная безудержность, какой восторг!

Конечно, покалеченному европейским воспитанием и разлитой в воздухе прогрессивной гнилью Тургеневу было трудно это принять. А между тем в разорившемся помещике Фёдоре Михеевиче из «Радилова», хвате и гуляке, куда больше поэзии, чем в анемичном Лаврецком, который не смог порешить постылую жену да бежать с полюбовницей, благо в России есть где укрыться.