В двадцать лет я не попал на войну: Первая чеченская не требовала последнего напряжения сил, и студентов, если они были не совершенные раздолбаи, в армию не брали. Но вряд ли от судьбы можно уйти, и моя очередь, а также тех, кто думает, что всё страшное уже позади, наступит довольно скоро.