После того, как некий взрослый мужчина открыто признался в своей наклонности поджигать тополиный пух, не проходящей с годами, я полагаю, что наше универсальное объяснение всякой случающейся в городе пакости как непременно дело пацанячьих рук должно быть пересмотрено.

И потому я ничуть не удивлюсь, если, на самом деле, темнеющим вечером к бетонным стенам подбирается не обозлённый жизнью гаврош, но полнеющий дядька в деловом костюме, с дорогим портфелем, из которого, настороженно озираясь, он достаёт баллончик с краской и выводит на серой поверхности:

«Наша

Борьба

Продолжается».

После чего бросается в серебристый седан бизнес-класса и, схватив потными руками руль, восторженно бормочет: «Ну что, волки чекистские, взяли?!»