Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Что-то вроде притчи.

Жил на свете человек, который очень хотел сына, но рождались одни дочери. Когда он уже совсем отчаялся (вместе с женой в доме было шесть женщин), у него наконец-то появился сын, наследник, утешение старости и надежда, главная его любовь. Девчонки, особенно младшие, ревновали отца к брату, но всё же прощали, потому как он был у них один – на пять сестёр.
Сын его рос, окончил восьмилетку и отправился в большой город продолжать учёбу.
Дальше – дело известное. Свобода – ни контроля, ни опеки, ни надзора, ни попрёка. Весёлая компания, долгие гулянки, похмелье, безденежье, в долг уже не дают. «Что делать надо?» - «Да ничего, Вовка, и не надо. Постоишь на шухере, пока ребята лавку берут. Чистая работа».
Работа оказалась не чистой: их взяли. Вовке светил срок, но, пожалев молодого и глупого, его не тронули. Он вернулся домой.
Отец, естественно, очень переживал: хорошо у сына жизнь начинается, что-то будет дальше. Сейчас простили, а завтра, если не дай Бог, опять по этой дорожке пойдёт. И некому его будет удержать – отец-то уже старик.
И, может, он бы и мучился меньше, одним махом отстрадав – и за прошлое, и за будущее, но о том, что случилось, не давал забыть его зять – муж старшей дочери. Зять тот несколько месяцев подряд, когда они по-родственному сходились где-нибудь в гостях, заводил одну пластинку: «Да, учудил Вовка твой, учудил. Ведь ему тюрьма корячилась, натурально, тюрьма. Совсем парень пропащий. Не будет в нём толку, я тебе говорю».
Отец держался, но, когда уже совсем допекла эта отходная – не от врага, от родного человека, сорвался: «Ты рано-то не суди. Жизнь – она длинная. Ещё посмотрим, что из твоего сына, моего внука, получится».
Зять, любивший своего ребёнка не менее трепетно, веривший в его блестящее будущее, в его ослепительный, непременно столичный успех, обидчиво вскинулся: «Ты наших детей не равняй. С твоим уже всё ясно. А мой, мой Генка…»
Отец не стал дальше спорить, понимая, что болью боль множить – добра не наживёшь, подытожил: «Посмотрим».
Теперь, когда нет на свете ни того, ни другого, но живы только их сыновья, можно подводить итоги.
Владимир – уважаемый в городе предприниматель, по кирпичику возводящий свою маленькую империю, истинный глава клана.
Геннадий – спившийся безработный, от которого отвернулись почти все, в том числе и собственные дети.
 
Tags: "За жизнь"
Subscribe

  • (no subject)

    О том, как не надо защищать Бориса Николаевича. Довелось прослушать небольшой монолог крепко постаревшего Жванецкого в похвалу Первого президента…

  • (no subject)

    Попался на глаза выпуск передачи «Час пик» от 9 июня 1994 с участием Егора Гайдара. С момента выборов в Первую Государственную Думу прошло чуть…

  • (no subject)

    Просвирнин. Вторым поводом посетить ток-шоу с членами Комитета 25 января было желание увидеть живьём Егора Просвирнина, чтобы сопоставить два образа…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment