Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

В пятом классе, в самой середине учебного года, я переехал из одного микрорайона в другой.

Естественно, передо мной тут же встал выбор: оставаться в старой школе или переходить в новую.
Поначалу мой ответ был однозначным: никакая новая школа мне не нужна, я буду учиться там, где учился, чего бы мне это ни стоило.
Однако уже первая неделя внесла свои коррективы. Три не коротких квартала пешком по морозцу в одну сторону, после того, как прежде дорога у меня занимала меньше пяти минут, - выматывали порядком. Автобус положения не спасал: если сложить ожидание на остановках и езду по забирающему по дуге маршруту, никакой экономии времени не получалось.
Кроме того, на мою стойкость влияло ещё одно соображение. В новом микрорайоне у меня не было ни друзей, ни даже приятелей. Эти дома только заселялись, и парни во дворе ждали весны, чтобы по-настоящему познакомиться. Я чувствовал себя как на необитаемом острове, и это очень угнетало.
Короче говоря, я сдался и решил перейти в новую школу.
Переговоры и подготовка документов заняла несколько дней, и вот я впервые, волнуясь и замирая, пересекаю школьный порог, чтобы попасть в совершенно другой мир.
В данном случае «другой мир» - это отнюдь не дань литературной условности, но констатация оказавшегося для меня малоприятным факта: две мои школы различались настолько радикально, что мне пришлось довольно долго учиться выживать в новой среде.
Я до сих пор не могу понять, с чем это связано: один город, одна Советская власть, один возраст – 11-12 лет, - но в старой школе ещё сохраняется невинность интересов и нравов, милая неосведомлённость о том, что вот-вот начнёт пробуждаться, а в новой – бесстыдная откровенность, ранняя взрослость, чётко обозначившееся разделение на мужское/женское.  
Я очутился в иной реальности, где прежние достижения и навыки, как то начитанность и прилежание, котировались низко. Здесь ценились удаль, дерзость, физическая сила. В героях ходили те, кто рисковал отправляться по вечерам на городскую горку – кататься паровозиком, хватая своих и чужих девок, нарываясь на разборки с ревнивыми кавалерами. О той горке любили рассказывать страшное – драки, увечья, переломы, сотрясения; от нагромождения деталей это место превращалось в нечто эпическое – ристалище, переходящее в разврат.
Рядом со мной разворачивалась запретная, не совсем понятная, а потому особенно пряная жизнь. По обрывкам разговоров, намёкам, остротам становилось ясно, что что-то очень важное, причастность к которому резко повышает персональный статус, превращая человека второго сорта в полноправного и равного среди равных, - проскальзывает мимо.
Попытки прислониться, узнать, разгадать оказываются тщетными: круг закрыт, он существует только для своих, для избранных. Достучаться невозможно: взгляд проходит сквозь тебя, не задерживаясь.
Это стоит однажды пережить – хотя бы в целях профилактики. После такой пустыни можно снести любую изоляцию.
У меня это продолжалось полгода, пока, непреодолимою силой обстоятельств, я и ещё двое таких же отверженных не сбились в одну компанию. Нет, мы не перевернули местную иерархию, не вошли в число туземной элиты, но наше неровное приятельствование избавляло от ощущения ущербности.
Tags: "За жизнь"
Subscribe

  • (no subject)

    О том, как не надо защищать Бориса Николаевича. Довелось прослушать небольшой монолог крепко постаревшего Жванецкого в похвалу Первого президента…

  • (no subject)

    Попался на глаза выпуск передачи «Час пик» от 9 июня 1994 с участием Егора Гайдара. С момента выборов в Первую Государственную Думу прошло чуть…

  • (no subject)

    Просвирнин. Вторым поводом посетить ток-шоу с членами Комитета 25 января было желание увидеть живьём Егора Просвирнина, чтобы сопоставить два образа…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments