Как-то к сестре пришла в гости подруга. Дело было к вечеру; девушки вытащили свой марафетный инструмент и принялись чиститься и скоблить, смывая боевую раскраску. Среди вываленных на стол тюбиков и банок я приметил упаковку с ватными палочками. Соблазн тут же схватить их и начать зачищать уши трепещуще велик, но я догадываюсь, что, поскольку вид ушной серы неизвинительно мерзок, у меня уже ничего не выйдет с подругой сестры. Нет, по сю пору мы только приятельствуем, и вообще она не слишком меня волнует, но, на всякий случай – если не прямо сейчас, то когда-нибудь в неопределённом будущем – её не лишне держать в списке. Однако, пока я вертел в руках упаковку, соблазн становится нетерпимым. Я ещё раз оглядываю девушку. Толстые бёдра, малая грудь, вороний профиль, негладкие щёки… Нет, не стоит она того. И с наслаждением запускаю палочку, вычерпывая скопившуюся желть. Девушку передёргивает от отвращения. Выдохнув, она спрашивает: «Тебя ничего не смущает?» «Нет, всё в порядке», - я понимаю, что всё закончилось, даже не начавшись.