Если сравнить влиятельность театральных и кинокритиков
на своих подопечных, то кто из них окажется более могущественен – с точки зрения способности испортить настроение и даже здоровье?
Наверное, это будут специализирующиеся на театре. В конце концов, сама технология кинопроизводства, когда создание фильма растягивается на длительное время, и между окончанием монтажно-тонировочного периода и показами для прессы могут пройти месяцы, в течение которых первоначальное трепетание творца, ожидающего непременных похвал, перегорает, отчего он поневоле заряжается стоицизмом, создаёт преимущества именно для театральных рецензентов.
Когда сегодня вечером премьера, где всё должно решиться разом – пан или пропал, и кажется, что получилось, что вот она – долгожданная пруха, что Москва наконец-то легла под тебя, а завтра в утренней газете – разгром или, по крайней мере, снисходительное похлопывание по плечу, - такие «качели» определённо бодрят…
Потому интересно, учитывают ли режиссёры пристрастия и предрассудки топовых критиков, заранее купируя то, что способно раздразнить их ядовитость, когда перманентным рабочим моментом является такая сценка:
- Это что за х-ня в конце акта?!
- Это не х-ня, это хорошо и нормально.
- А я говорю, это х-ня! И вы это понимаете.
- Нет, не понимаю!
- Не понимаете? Да за это нас Заславский вы*бет и высушит.
- Ничего не случится, я его знаю.
- Нет, это я его знаю! Хватит пререканий. Начинаем всё сначала. Поехали!