«Из жизни отдыхающих».
Ещё не погрузившийся в Лениниану Николай Губенко снял неброский, но очень точный фильм о нескольких неделях поздней осени в одном из крымских санаториев – по собственному сценарию.
Несмотря на первоначальную мрачность (конец сезона всегда уныл, когда же он ещё погружен в туман, из которого выплывают странные персонажи, становится совсем тошно), лента получилась весьма доброй.
Собравшийся в лечебном учреждении контингент – люди немолодые, скучные, поголовно несчастные, которых и пожалеть бы, да уж больно они неказисты. И выдающий себя за крупного дипломатического работника посольский повар (Георгий Бурков), и молодящаяся сплетница Марго (Мария Виноградова), и хмурый инженер-строитель Толик (Анатолий Солоницын)…
Выделяются среди этой невзрачности двое – замкнутая Надежда (Жанна Болотова), приехавшая лечить не здоровье, но несложившуюся женскую судьбу, и избегающий общества красавец Алексей (Регимантас Адомайтис). Разумеется, между ними завязывается роман, инициатором которого выступает, конечно же, женщина: мужчина, миновавший рубеж среднего возраста, слишком погружен в себя.
Очень занятно наблюдать, как Надежда, приметившая «жертву» с первого взгляда, умело и настойчиво добивается внимания потенциального кавалера. В ход идёт всё – переодевания, намеренно упавшее письмо, зазывность во взоре. Однако – аплодисменты женскому коварству! – стоит мужчине наконец-то очнуться, обнаружить, кто вокруг него вьётся, и сделать шаг навстречу, Надежда моментально изображает неприступность, чтобы не дай Бог не подумал, что за ним бегают.
Впрочем, предосторожность оказалась напрасной: Алексей крючок проглатывает, и более зарождению глубокого чувства не препятствует ничто. Влюблённым наплевать на сплетни и шептания, а окружающие, обнаружив, что у них всё серьёзно, перестают судачить: это уже не новость.
На том, собственно, сюжет как череда происшествий обрывается. С Надеждой и Алексеем, вопреки тревожным ожиданиям, всё благополучно: они планируют совместную семейную жизнь, стойко дожидаясь, пока окончится срок пребывания в узилище.
С точки зрения социальной терапии, это, наверное, правильно. Мы, безусловно, понимаем, что рассчитывать на то, что, пребывая в крепком бальзаке и постылом браке с дочерью-подростком, можно встретить на курорте неженатого, одинокого сорокалетнего мужчину, без явной шизы и порочных наклонностей, с внешностью Адомайтиса и голосом Губенко, несколько наивно, но пусть это будет реально хотя бы в кино.
Однако самому фильму подобная секулярная сказочливость на пользу явно не идёт: вторая половина картины, когда отношения Надежды и Алексея не отягощены никакой интригой и с неизбежностью выруливают к помолвке, ощутимо слабее. Выручает её лишь эпизоды с участием Ролана Быкова, который играет заведующего культурно-массовым сектором санатория.  
Есть в «Жизни отдыхающих» ещё один интересный момент. Лента Губенко – нечастый случай открытой внутрицеховой полемики. Традиционно в советском кино была крепка корпоративная солидарность, и откровенные наезды на коллег возникали весьма редко. Здесь же иное: режиссёр, пусть и довольно аккуратно, проходится по целой структуре.
Так, для создания колорита осеннего Крыма, Губенко не ограничивается метеорологическими подробностями, но ещё показывает, как на безлюдной, серой, мрачной набережной снимают фильм о Гражданской войне – снимают скверно, неумело, без души, потому что надо, потому что стоит в плане. Организатор всего этого позора – не какие-то абстрактные киношники, но названная открыто Одесская киностудия; сама же «Жизнь отдыхающих» принадлежит «Мосфильму», что, конечно же, добавляет градуса накату.
И это сочетание – отвратительной погоды, набившего оскомину жанра историко-революционных картин, Одесской конторы, которая славится своей низкосортицей, делают зрительскую тоску ещё более острой, ещё более осязаемой.
Оценка: А-3.