Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Category:

Послесловие к фильму «Перемирие».
Светлана Проскурина относится к тому типу художников, чьё творчество гораздо бледнее её личности, или, уточняя формулировку, слушать её гораздо интереснее, чем смотреть её картины.
Это довольно печальное заключение, поскольку ни одна из её картин и на десятую долю не отражает, сколь своеобразна Светлана Николаевна – человек резкий, непреклонный, заряженный не на конфликт даже, а на подмятие собеседника под себя, не склонный к дежурным комплиментам и, что особенно важно, не прячущий собственных взглядов за обтекаемыми формулировками: не мир, но меч
Однако намерение выразить эти взгляды посредством кинематографической формы оказывается у Проскуриной, в силу какой-то внутренней аберрации, драматически неудачным – в смысле избранной тональности.
Окончательно это роковое для карьеры режиссёра обстоятельство я ощутил, когда вторично посмотрел её фильм «Перемирие», который, вопреки первоначальному ужасу, местами выглядел захватывающим и великолепным, - вопреки настроению публики, когда сидящие в зале отважные зрители переглядывались друг с другом и в их расширенных глазах читалось: «Это же полный, полный…»
Нет, разумеется, «Перемирие» - это никакой не полный трындец, это всего лишь очень горький пример того, как неверно выбранная манера повествования способна погубить замечательный замысел. Если отрешиться от навязываемой медитативности и просто всмотреться в сюжет, то «Перемирие» окажется самой настоящей чёрной комедией – со всеми присущими этому жанру особенностями.
«Перемирие» должно было стать уморительно смешным – благодаря целой череде парадоксальных персонажей, попадающих в нелепые переплёты, в которых мы узнаём своих друзей и знакомых, чтобы, когда хохот уляжется, зрителя пробирала оторопь от той точности и обнажённости, с которой описывается наша жизнь, описывается легко, безо всякого нажима, отчего переход к бытийной трагедийности воспринимается особенно болезненно.
Но Светлана Николаевна не захотела играть по правилам, на корню задавив двухсоставную конструкцию: нажим и вообще страдание на грани надрыва возникают с первой сцены и длятся до самого финала, в котором аудитория не обнаруживает ничего, хотя там, по замыслу автора, скрыт весь смысл, заключающийся в том, что главный герой преодолевает дрожь в губах и, обретая уверенную артикуляцию, обнаруживает собственную подлинность.
Очень жаль, что всё получилось именно так, поскольку мы потеряли не только целый фильм, который мог стать, но не стал кинематографическим событием – не в фестивальном, но в, самом важном, зрительском плане, но и режиссёра, у которой был шанс выйти за пределы окостеневшей художественной манеры, но она им не воспользовалась. 

Tags: Кино
Subscribe

  • (no subject)

    Если взглянуть на то, как трактуют в России новейшую историю Испании, то картина получается если не идеальной, то весьма вдохновляющей. Просвещённый…

  • (no subject)

    Попытка Советского Союза установить доминирование в Центральной Европе, которая досталась ему по результатам Второй Мировой войны в качестве трофея,…

  • (no subject)

    Традиционный наш упрёк Западу заключается в том, что он недооценивает наш, русский вклад, в великие исторические свершения, прежде всего в разгром…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments