Относительно фильма «Последнее воскресение» нет смысла подробно распространяться.

Можно закрыть глаза на слабость материальной, умственной и нравственной базы его создателей: британцы и немцы – люди дикие, а потому им положено, когда речь заходит об изображении русской жизни, впадать в особенное скотство...

Можно, напротив, поставить им в пример отечественных кинематографистов, отказавшихся делать откровенную гадость, хотя столетие со дня смерти Толстого провоцировало устроить что-нибудь непотребное…

Единственное, чего я не могу простить всей этой гоп-компании, с которой, что до некоторой степени символично, сотрудничал Фонд Андрея Кончаловского, так это – запредельную глухоту к трагедии великого писателя, когда действительная драма ухода из родного дома, ставшего окончательно невыносимым, полагается не достаточно зрелищной, отчего в сюжет втискивается боковая линия – про поебушки личного секретаря Льва Николаевича с разбитной учителкой в прошлом, а ныне свободной труженицей коммуны толстовцев.
В качестве ответной любезности, полагаю, стоило бы снять кино о потайной жизни Иоганна Эккермана.