Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Categories:
«Молитва за гетмана Мазепу».
В истории кино достаточно примеров, когда, по тем или иным соображениям, режиссёры опережают время, существенно забегая вперёд, не считаясь с будущей аудиторией. Фильм Юрия Ильенко – это именно тот печальный случай, когда разрыв между творцом и публикой более чем ощутим.
Причину этого стоит искать в той непростой ситуации, в которой оказалась украинская кинематография – после распада СССР. Те десять лет, что прошли от обретения независимости до решения запустить «Молитву…» в производство, оказались, по объективным причинам, полностью упущенными, с точки зрения, так сказать, первичного накопления фильмового материала.
Дело в том, что, носи развитие украинской киноиндустрии более благоприятный характер, к 2001 году в местном кино уже сложился бы целый жанр картин про Великого гетмана, начиная от «Молодого Мазепы», «Дороги к булаве», «Мазепинского возрождения» до «Батурина» и «Изгнания», в которых была бы подробно разобрана вся его биография, вплоть до незначительных сюжетов, а также, как свидетельство реального включения в культурный обиход, появление полнометражных пародий – каких-нибудь «Иван Сирко. Мужчины в шароварах».
Этот пласт снятых в реалистическом ключе лент, с одной стороны, полностью удовлетворил бы жажду массового зрителя до костюмных фильмов, с другой, сформировал бы потребность в некой итоговой работе, которая, используя более изощрённый язык, постаралась бы ответить на вопрос о месте и значении Гетмана в судьбе Украины – с уклоном в историософские обобщения.
Именно такой работой должна была стать «Молитва…», но не стала, обернувшись деревом, лишённым корней, когда, на малоподготовленную аудиторию, ожидающую вполне традиционного кино плаща и шпаги – со всеми погонями, сшибками, приключениями, обрушивается 150-минутный поток плотной, насыщенной вызывающей символикой, угрюмой режиссёрской рефлексии.
Вторым фактором, который пагубно сказался на судьбе «Молитвы…», была неспособность Юрия Ильенко встать над своими антипатиями, когда те исторические персонажи, которые сыграли роковую роль в жизни его любимого героя, прежде всего Пётр Великий и Карл Двенадцатый, полностью лишены человеческого облика, превратившись в дурно слепленные карикатуры.
Кратковременное помрачении вкуса, приключившееся с режиссёром, чрезвычайно вредит – но не московскому царю или шведскому королю, образы которых в незалежном украинском фильме очевидно не могут быть комплиментарными, но только и исключительно самой картине, поскольку уже первый эпизод, в котором Пётр козлом скачет над могилой Мазепы, настраивает на то, что у автора свидомия головного мозга в неоперабельной стадии, а потому нас ждёт бодрая агитка про клятых катов – стилистически прямиком из 30-х годов – и безостановочный балаган политически грамотного трэша…
И только примерно к середине просмотра начинаешь понимать, что Ильенко снимает совсем про другое, что разборки с москалями и свеями – это боковая линия, что экранный Гетман шире и значительнее своего реального прототипа, но уже поздно, поскольку никакого желания распутывать изощрённо закрученный режиссёром смысловой узел нет и есть лишь ожидание следующей порции патриотической чернухи с уклоном в садо-мазо.
Есть ли способы хотя бы частично отыграть упущенное, восстановив реноме такого незаурядного творца, каким был Юрий Ильенко? Да, безусловно. Помимо того, что нынешняя версия позволяет широкие манипуляции с хронометражем, когда в корзину безжалостно летит всё, что касается откровенной плакатности в изображении непростых отношений двух братских славянских народов, «Молитва…» перепозиционируется, превращаясь из самого громкого прокатного провала нынешнего времени в этапную для украинской кинематографии ленту, образующую, наряду с «Землёй» и «Тенями забытых предков», Великую поэтическую кинотрилогию.
Tags: Кино
Subscribe

  • (no subject)

    Перефразируя великих. Когда я слышу слово "толерантность", рука сама тянется к нагайке.

  • (no subject)

    Экстенсивное развитие средств коммуникации, приводящее к возникновению такого феномена, как «социальные сети», просто обязано внести изменения в…

  • (no subject)

    Как должен называться роман о жизни профессионального бармена? «Мастер и «Маргарита».

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments