Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Categories:
8 мая 1942 года немецкие войска перешли в наступление против Крымского фронта.
Через двенадцать дней, 20 мая, Керченский полуостров был полностью захвачен частями 11-й армии генерала Манштейна.
Помимо конкретных материальных потерь, катастрофа Крымского фронта несла ещё и серьёзные оперативные осложнения на южном фланге. Севастополь, главная база Черноморского флота, успешно оборонявшийся с октября 1941 года, оказывался в критическом положении.
Крымский фронт, пусть и не выполнивший, по целому ряду причин, возлагавшуюся на него задачу освобождения полуострова и деблокирования Севастополя, создавал фланговую угрозу войскам Манштейна, осаждающим город, тем самым удерживая их от решающего натиска.
Ликвидация этой угрозы ставила на повестку дня судьбу самого Севастополя: после зачистки Керченского полуострова 11-ая армия непременно возобновит прерванное, с высадкой советского десанта в декабре 1941 года, наступление на город. Именно это и случилось: уже 7 июня, т.е. менее чем через три недели, начался третий штурм, ставший и последним.
Таков, в кратком изложении, контекст, необходимый для ответа на продолжающий быть по-прежнему актуальным вопрос о том, как следовало поступить советскому командованию тогда, когда стало известно, что немцы вторично заняли Керчь?
До 20 мая логика поведения Ставки понятна и особых недоумений не вызывает. Крымский фронт и Севастопольский оборонительный район образуют вполне устойчивую конструкцию, взаимно поддерживая друг друга.
Если с обоими советскими плацдармами в Крыму не произойдёт ничего чрезвычайного, то, смирившись с неудачей по деблокированию, можно рассчитывать заморозить ситуацию – вплоть до того момента, когда Красная Армия перейдёт в стратегическое наступление на южном направлении, выходя в район Северного Причерноморья, стимулируя тем самым Манштейна к отходу из Крыма.
20 мая возникает развилка. Шансы отстоять Севастополь теперь стремятся к нулю. 11-ая армия, которой уже нет нужды прикрываться одним армейским корпусом от Крымского фронта, полностью сосредотачивается в окрестностях города, добиваясь соответствующего перевеса в силах. После чего, пользуясь господством в воздухе, которое не только сковывает обороняющихся, но и существенно затрудняет снабжение, можно спокойно заниматься перемалыванием войск СОР, рассекая их на части, методично занимая район за районом.
Противопоставить этому сценарию советскому командованию нечего. Организовать новый десант на Керчь, после состоявшегося разгрома Крымфронта, вряд ли получится. Перебрасывать подкрепления в количестве, достаточном, чтобы восполнять стремительную убыль, делая это в регулярном режиме, тоже: цепочка аэродромов вдоль южного берега Крыма быстро сведёт транспортную артерию до размеров ручейка, когда только подводные лодки окажутся в состоянии прорывать блокаду.
Словом, удержать Севастополь, который находится в глубоком немецком тылу, который не прикрывает корабельная артиллерия в несколько сотен стволов, чья авиация уступает немецкой в пять с чем-то раз, способно только чудо…
Потому у советского командования есть только два варианта действий. Либо начинать, уже 21 мая, пока немцы не обрушились всей мощью на СОР, вывоз войск и мирного населения. Либо держаться до конца – с риском неизбежного кровопролитного поражения, причины которого изложены выше.
Какой вариант предпочтительнее? У меня нет однозначного ответа. Безусловно, эвакуация и, следовательно, сохранение боеспособных частей – это благо, которое прекращает всякие дискуссии. Однако, принимая решение сдать Севастополь без боя, следует учитывать целый ряд моментов.
Во-первых, политический. Сражающийся несколько месяцев почти в полном окружении город – это яркий символ, пренебречь которым в условиях многочисленных поражений и отступлений очень не просто. «Стоит Ленинград. Стоит Севастополь. Не всё потеряно».
Во-вторых, стратегический. Завершение боёв в Крыму отнюдь не означает прекращения борьбы. Напротив, освободившаяся 11-ая армия немцев не отправится на покой, но непременно где-нибудь возникнет, усилив иные войсковые группировки. Самым естественным местом её появления окажется Таманский полуостров, с которого открывается дорога вглубь Кавказа.
В-третьих, организационный, поскольку эвакуация Севастополя, принимая во внимание особенности театра, квалификацию противника, а также количество и качество привлекаемых транспортных средств, окажется похожа, скорее, на Таллинский переход, чем на оставление Одессы.
Так или иначе, не дай Бог никому оказаться на месте Верховного Главнокомандующего и Наркома ВМФ в третьей декаде мая 1942 года…
А каков Ваш выбор?
Tags: Военное дело
Subscribe

  • (no subject)

    Последние по времени инициативы американской администрации, когда буквально подряд новый хозяин Белого дома и к сердцу прижмёт, предлагая…

  • (no subject)

    «Сакко и Ванцетти». Итальянский фильм 1971 года, снятый кинематографистами левых убеждений и призванный почтить память погибших от произвола…

  • (no subject)

    «Пилот реактивного самолёта». Вышедший в 1957 году фильм, который спродюсировал Говард Хьюз, любопытен как пример того, что кинокартина – это…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments