Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Смотрел тут со знакомой барышней фильм Жюльена Дювивье "Пепе ле Моко".
После просмотра разгорелась нешуточная дискуссия - с увесистыми обвинениями в мачизме и прочих нынешних смертных мужских грехах. Чтобы стал ясен смысл полемики, вкратце содержание картины.
Алжир, 30-е годы ХХ века. В одном из районов колониальной столицы, куда нет ходу местной полиции, бессильной в узких лабиринтах трущоб, где чужак постоянно на виду, вот уже два года некоронованным королём живёт крутой медвежатник по имени Пепе ле Моко.
Пепе, по причине своей долгой и славной криминальной биографии, а также доброго и справедливого нрава, в большом авторитете у населения этой алжирской Хитровки. У него репутация ловеса, а в настоящий момент он квартирует у цыганки Инес, девушки темноликой и импульсивной, влюблённой в Пепе до священного безумия, но не способной понять мятущуюся душу мужчины.
Пепе, над которым сгущаются тучи, поскольку высокому начальству надоела беззубость колониальных фликов, не особенно тужит по поводу возможных репрессий. Главное, что его гнетёт, это - продолжающееся заточение "на районе", который, за два года, надоел хуже горькой редьки, ведь Пепе - это не какой-то там "черноногий", он - настоящий парижанин, по происхождению, складу характера, привычкам, привязанностям.
Итак, в тот самую минуту, когда Пепе особенно остро переживает свою вынужденную эмиграцию, ссорясь с Инес по мелочам, хотя оба знают, что дело идёт к окончательному разрыву, в квартале появляется залётная птичка - высокоранговая содержанка Габи, приехавшая в Алжир развеяться со своим спонсором - старым и отвратительным денежным тузом.
Встреча Габи и Пепе была неизбежной: яркие люди в этом захолустье не могут миновать друг друга. Начался роман - короткий и безрассудный. Против соединённых продолжительной скукой любовников было всё: и обидчивость денежного мешка, и ревность цыганки, и амбиции полицейского инспектора Слимана, решившего любой ценой заковать Пепе в наручники.
(Слиман - это, пожалуй, самый любопытный персонаж картины. На фоне несколько пасторального Пепе, с которым, вопреки его ремеслу, окружающие носятся так, будто он - рок-звезда, карамельной Габи, не лишённой, впрочем, деловой хватки, прямолинейных соратников, инспектор, разыгрывающий комбинацию за комбинацией, стремящийся доказать всем этим парижским шишкам, что они, без его хитрости, изворотливости, опыта, знаний, ничто, что здесь, в Алжире, реально рулят только свои, поднимается до уровня Порфирия Петровича, если угодно).
Слиман, мимо которого не прошла эта любовная история, более того, он сам приложил достаточно усилий, чтобы раз загоревшийся огонёк интереса превратился в пламя подхлёстываемой стеснёнными обстоятельствами страсти (Габи надо обязательно гульнуть от старика, иначе это будет не отпуск; Пепе завалить состоятельную парижанку, сразу вслед за марухой из трущоб, значит, серьёзно подняться в собственных глазах), расставляет продуманную ловушку.
Габи должна прийти на свидание. Её нет. Пепе не находит себе места. Засланный казачок сообщает, что девушка вот-вот должна уехать. Пепе оказывается перед выбором: остаться в убежище и сохранить свободу, или рискнуть выйти наружу, а там - как получится.
Пепе, понятное дело, выбирает второе. И поначалу всё у него складывается неплохо. Неузнанный он проникает в нижний город, покупает билет на тот пароход, на которым должна отплыть Габи, и поднимается на борт. Единственная его ошибка: он, будучи щепетильным в женщинами, на сочинил своей цыганке какую-то утешающую байку, но честно рассказал, куда, а главное, зачем идёт.
Инес недолго терзалась с ответом изменнику: найдя инспектора Слимана, она подробно доложила, где можно будет взять Пепе. Преданный Пепе не сопротивлялся, последняя его просьба, перед тем, как покинуть волю: посмотреть на отплытие парохода, который уносит его Габи, его будущее, его жизнь.
Улучив минутку, пока полицейские отвлеклись, Пепе кончает с собой, вытащив припрятанный нож. Слиману остаётся кусать локти, Инес - оплакивать возлюбленного и, надо полагать, собственную незадачливую судьбу, поскольку вряд ли ей сойдёт с рук сотрудничество с правоохранительными органами. А Габи, Габи остаётся томительно-щемящее воспоминание о курортном приключении, которое вряд ли станет последним в её блистательной карьере.
Такой вот сюжет этого фильма, считающегося предтечей жанра "нуар", что звучит справедливо, ибо основное отличительное свойство "нуара" (суровые и правильные мужчины, обречённые на поражение, в окружении роскошных женщин) здесь присутствует.
Теперь о споре. Барышня, потрясённая хладнокровным предательством Пепе, была, понятное дело, целиком на стороне Инес, оправдывая каждый её шаг, в том числе и донос в полицию. Я, относясь, из гендерной солидарности, к Пепе гораздо более лояльно, не видел в его поступке особого криминала (чувства - штука ненадёжная, тем более для лиц рисковых профессий), но признавал за Инес право на негодование.
Единственное, что смущало меня, это - вовлечение в отношения посторонних. Есть силы простить и начать жизнь с чистого листа - прости. Нет сил: возьми кислоту, нож, облей изменщицу, зарежь изменщика; но, не дрогнув душой, отправлять всё ещё любимого человека на пожизненную каторгу, а то и гильотину - это, по-моему, запредел...
А каково ваше мнение?
Tags: Феминное
Subscribe

  • (no subject)

    Система офицерских званий в России, вобравшая в себя как внутреннего производства чины, так и заимствованные из-за рубежа, выглядит не совсем…

  • (no subject)

    Советская историческая наука, особенно, когда это касалось вопросов, связанных с обороной страны, находилась в очень стеснённом положении. Дело в…

  • (no subject)

    Фундаментальным ограничением военного строительства,с которым невозможно примириться обыденному сознанию, полагающему, что достаточно одной…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments