Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

«Сибириада».
Традиционное изучение истории кино сводится к просмотру отдельных классических лент, что, будучи совершенно верным с точки зрения технологии, поскольку нельзя объять необъятное, исключает такую важную для верного понимания художественного процесса вещь, как контекст, в котором существовали конкретные творцы.
Чтобы не уходить в теоретические дебри и прочую заумь, рассмотрим значения контекста на примере эпопеи Андрона Кончаловского «Сибириада». Как известно, после выхода на экран картины «Романс о влюблённых», Андрона Сергеевича настоятельно попросили взяться за кинополотно, посвящённое героическому труду советских нефтяников.
Источником этой идущей от руководства киноотрасли просьбы стала, по-видимому, категорическая неудача работы Ольгерда Воронцова со Свердловской студии «Северный вариант», чья премьера состоялась в декабре 1974 года.
Фильм Воронцова, рассказывающей о бригаде буровиков, два года пробивающихся к драгоценному пласту, преодолевая трудности природного и рукотворного характера, неплохой в своей сюжетной основе, не состоялся прежде всего по причине скупости заказчика – Гостелерадио СССР.
Телевизионное начальство, вместо нормальных трёх серий, в течение которых можно было более-менее толково раскрыть не слишком оригинальную, но вполне смотрибельную и переживательную историю, потребовало уложиться в восемьдесят минут, поставив очевидно стахановские сроки сдачи картины, что, естественно, лишь усугубило положение режиссёра.
В итоге, вместо крепкого профессионального фильма, закрывающего тему вдохновенного труда покорителей недр, получилось нечто кое-как склеенное, скороговорчивое, снятое в течение считанных недель зрелище, которое не могло считаться полноценной единицей: ссылаться на «Северный вариант» в отчётном докладе, посвящённом развитию советской кинематографии, было нельзя.
Потому теперь уже Госкино, насмерть враждовавшее с Гостелерадио и, безусловно, имея в виду, помимо прочего, щёлкнуть по носу конкурента, взялось за исправление ситуации, заказав работу не какому-то малоизвестному постановщику с провинциальной студии, но одному из ведущих отечественных режиссёров, неформальному лидеру цеха, человеку, который точно справится, не запоров ответственную тему.
Кончаловский, которому претило делать ещё один производственный фильм, своё согласие дал, решив максимально далеко уйти от уже де-факто возникшего канона картин про нефтяников (этому не стоит удивляться: при узости фактуры, ходы и перипетии исчерпываются одним сценарием). Соответственно, вся история создания «Сибириады» представляет собой бегство Андрона Сергеевича от Ольгерда Воронцова, бегство – в художественном, так сказать, изживательном смысле.
Потому, сопоставляя «Северный вариант» и эпопею Кончаловского крайне любопытно, как режиссёр изо всех сил пытался оторваться от железного канона, как он рвался на волю, петляя, виляя, забираясь в прошлое, замахиваясь на историософию, выдумывая предисловие за предисловием (первая серия, которая, собственно, подводит к основному сюжету, занимает ровно половину хронометража), выкручиваясь, привлекая к себе на помощь Феллини, сочиняя печальную и не очень внятную любовную линию, но всё равно – выдавая на гора заказанное.
«Сибириаду», что было заложено многосоставной архитектоникой, можно трактовать по-разному, в том числе и как попытку автора воспротивиться материалу, попытку, оказавшуюся, в итоге, тщетной, поскольку, если откинуть то захватывающее эпическое построение, которое произвёл Валентин Ежов, выводя на экран поколение за поколением, то, в сухом остатке, мы увидим всё тот же «Северный вариант».
Буровая бригада (проходка породы гораздо выигрышнее, чем собственно добыча и визуально, и сюжетно), возглавляемая азербайджанцем (у Воронцова из Баку – мастер), ведёт разведку на потенциально перспективной площади.
Первые скважины не дают результат, не дают результат и вторые, третьи, и так далее, но бригадир чует, что нефть здесь должна быть, - вопреки мнению скептиков, не различающих собственные амбиции и государственные интересы, которые требуют свернуть работы и передислоцироваться на новый участок.
Скептики умелы в интриге, но у бригадира и его ребят есть покровители в высоких кабинетах, которые готовы пожертвовать своей репутацией, настолько они верят в правоту бурильного дела на этой конкретной делянке…
Понятно, что нефть рано или поздно найдут, причём не важно, случится ли это в кадре, как у Кончаловского, или за кадром, как у Воронцова. И от этой предопределённости настолько никуда не деться, что режиссёр «Сибириады», чувствуя, как дублирует «Северный вариант», вынужден прикрываться кровавой развязкой, когда гибнет главный герой, сдуру полезший спасать оборудование, чтобы только избавиться от бравурного финала: «Есть фонтан!»
Tags: Кино
Subscribe

  • (no subject)

    О том, как не надо защищать Бориса Николаевича. Довелось прослушать небольшой монолог крепко постаревшего Жванецкого в похвалу Первого президента…

  • (no subject)

    Попался на глаза выпуск передачи «Час пик» от 9 июня 1994 с участием Егора Гайдара. С момента выборов в Первую Государственную Думу прошло чуть…

  • (no subject)

    Просвирнин. Вторым поводом посетить ток-шоу с членами Комитета 25 января было желание увидеть живьём Егора Просвирнина, чтобы сопоставить два образа…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments