можно только посочувствовать: это - реальные смертники, которые, сколь бы ни велики были их индивидуальные и групповые усилия, обречены на унизительную неудачу.
Причина этого довольно скорого провала заключается в избранной с самого начала концепции канала. Как вообще возникла такая специфическая идея - идея Общественного телевидения? Это произошло на резком отторжении телевидения коммерческого, которое развлекает и развращает, вместо того чтобы просвещать и направлять.
Соответственно, любой, кто бы ни взялся за создание ОТР, тут же очутился бы в ловушке этой установки: новое телевидение должно быть приличным и стерильным, а значит, категорически несмотрибельным.
К большому сожалению, массовый вкус уже сформирован, и содержание его, приоритеты и предпочтения секрета не составляют. Лучше всего об этом знают на самом адекватном (если иметь в виду ориентацию на рейтинг) канале - на НТВ, где вся вселенная зрительских упований сформулирована с гениальной простотой: скандалы, интриги, расследования. Если телевизионный вещатель не поражает, не увлекает, не приоткрывает, он отправляется вниз таблицы.
ОТР, если судить по тем немногим передачам, что попали в эфир, не собирается ничего этого делать. Оно, может быть, и радо подпустить иной раз годного трэша, но положенная в основание идеология вынуждает к целомудренности.
А целомудренный означает, в нынешних условиях, провальный, причём провальный абсолютно, поскольку, проигрывая в активных сегментах аудитории, уже нельзя тешить себя надеждой, что пенсионеры-то непременно будут смотреть ОТР. Нет, и они не будут: пенсионеры - это точно такие же живые люди, которым, как и молодёжи, хочется бьющих через край страстей, а не кастрированного теленудёжа.
Из этой ямы выбираться бесполезно: нулевая степень заинтересованности гарантирована ОТР при любом руководстве и, что совсем трагично, финансировании. Можно заменить нынешнюю интерьерную убогость на самые навороченные студии-трансформеры, но контент останется прежним, а следовательно, прежним и останется находящийся в пределах статпогрешности рейтинг.
И никакие заигрывания с продвинутым зрителем, при всём отчаянном героизме создателей программы "Социальная сеть", ситуации не поправят, поскольку ущербна сама идея соревноваться в оперативности с Мировой паутиной.
Инерция телепроизводства, когда до появления на экране аудиовизуальный продукт проходит через несколько согласовывающих инстанций, кладёт конец всем усилиям перетянуть погружённого в уютный сёрфинг юзера на свою сторону.
Когда в той же "Социальной сети" обсуждают как волнующую новость некую деваху 24 лет от роду, поднимающую где-то в российской провинции колхоз, - новость, являющуюся, по меркам блогосферы, древнейшим бояном, который тысячу раз репощен, обсосан и давно забыт, остаётся лишь развести руками перед слабоумием и отвагой редакторов, решившихся включить этот сюжет.
Разумеется, найдутся политически ажитированные граждане, которые чётко обоснуют, что эпик-фейл ОТР - это результат стремления его руководства уйти от обсуждения актуальной повестки, что, если в федеральном эфире нам станут подробно рассказывать про то, как Путин ест детей, Общественное телевидение моментально превратится в значимый социальный феномен.
Возражение изрядное, однако вряд ли превращение ОТР в филиал "Эхо Москвы" чересчур резко расширит аудиторию: гонители Кремля могут лезть на стены, вскрывая зловредность нашей власти, но, в слабом зрительском сердце, султан Сулейман и его проблемы с собственным гаремом потеснят любого отечественного политика - будь он Владимир Владимирович или даже Алексей Анатольевич.