Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Постигшие телеканал «Дождь»
неприятности (чтобы не было двусмысленностей: я сам считаю его скверным, о чём уже доводилось писать, но закрытие не одобряю, поскольку всякая живая тварь имеет право рот разевать) это классический случай самоослепления или, по определению Андрея Норкина, надменности.
Звоночек «Дождю» прозвенел ещё в прошлом году, когда секретарь генсовета «Единой России» Сергей Неверов рассказал о 135 миллиардах рублей, которые были выделены тогдашним министром финансов Алексеем Кудриным на спасение банка «КИТ Финанс», возглавлял который нынешний владелец «оптимистического телеканала» – Александр Винокуров.
Поскольку человек такого уровня (чтобы было понятно, кто такой Неверов: его предшественников на посту секретаря генсовета был Вячеслав Володин) ради минутной сенсации выступать не станет, очевидно, что против «Дождя» начинается война – на уничтожение.
Соответственно, руководство канала должно было сделать необходимые выводы, главный из которых – в ближайшее время следует быть предельно осторожным и не подставляться, потому что враг станет контролировать каждый шаг, терпеливо дожидаясь оплошности.
Но руководство канала таких выводов не сделало – то ли по причине тесных связей в окружении Третьего президента России, то ли от общей уверенности в собственных силах и способности прогнуть любого – даже Старую площадь, но эфирное буйство не стихало.
Свой печальный вклад внёс, разумеется, и Майдан: наблюдая, как в Киеве вертится ужом Виктор Янукович, а скоро такое же ждёт его патрона и спонсора – Владимира Путина, трудно было сохранить охлаждённость.
Потому опрос про Блокаду нельзя считать роковым: «Дождь», не в этот раз, так в следующий, точно бы нарвался – канал несло на рифы, вопрос был лишь в том, сколько ещё фраеру танцевать. Но прокол с опросом, разумеется, не был ни фатальным, ни, на первых порах, значительным.
У канала, до того, как в бой отправились триарии, были примерно сутки, чтобы всё разрулить – до полной стерильности. Для этого нужно было немного: во-первых, осознать, что ситуация – тревожная и корабль-таки налетел на мель, во-вторых, срочно сделать несколько символических контрходов.
Понимая, что вот-вот будут мочить – и мочить из всех орудий, следовало не замыкаться в гордом презрении, но выходить во власянице на публику и говорить примерно такие слова: «Да, мы крупно облажались с этим опросом. Мы не хотим ни на кого сваливать – «Дилетант» нас подставил, не «Дилетант». Мы люди взрослые и сами должны нести ответственность за то, что порой бываем настоящими мудаками».
Далее следовало, презрев корпоративную солидарность, отчитаться об осуществлённых мерах: «Виновные в появлении этого опроса уже сурово наказаны. Они уволены с канала – с нарушением трудового законодательства. Мы намеренно пошли на это и готовы проиграть в суде, но важнее возможных штрафов для нас – чувства тех, кого мы невольно оскорбили своим опросом».
Бояться судебного преследования условного Клишина совершенно не стоило: общественное мнение, обычно выступающее на стороне обиженных работников, в данном случае поддержало бы «Дождь»: формально канал не прав, но по совести – так и надо было действовать.
И, в качестве вишенки на торте, можно было развернуть идею с воскресным марафоном, который был бы не про то, какой замечательный канал «Дождь» и как его всякие гадкие люди обижают, но оказался бы посвящён, например, сбору средств для общественной организации детей Ленинградской блокады.
«Мы тоже решили внести свой очень небольшой, но искренний вклад в дело помощи тем, кто пережил эти страшные годы, и потому устраиваем распродажу наших фирменных футболок по сниженным ценам и т.п.»
Вместо этих – совершенно элементарных, первыми приходящими в голову мер, канал избрал тактику глухой обороны, сводящуюся, по сути, к слабеющему с каждым днём отлаиванию, переходящему в натуральную истерику («не пошла на работу, сижу и плачу»).
Ответственность за эту тактику несут хозяева «Дождя», но отмашку дал главный редактор, выступивший с проникновенным рассказом о политическом заказе. Выступление Зыгаря было удивительно неуместным, но не потому, что политического заказа не существовало (для тех, кто следил за развитием сюжета, наличие заказа было секретом Полишинеля; шёпотом: Не-ве-ров).
А потому, что главный редактор целился абсолютно не в ту аудиторию. Зыгарь обращался к своим, к тем, кто и так всем сердцем на стороне «Дождя», кто готов простить любимому каналу любое фо-па, а таких очевидное меньшинство.
Апеллировать же следовало к тем, кто только вовлёкся в скандал и знает о нём немного: «Дождь» оскорбил память погибших и чувства живых. Этот сегмент аудитории пребывал в явном недоумении: «Ребята, вы же реально накосячили. Вы сами разместили этот опрос. Не было никакого взлома черногорской «Джумлы» кремлёвскими хакерами. Тогда какого рожна вы валите всё на заказ и политические репрессии? Покайтесь – честно, по-настоящему, от души. И закройте эту историю».
Но время было уже упущено. Далее скандал покатился в автономном режиме, когда Кремлю и не надо было ничего режиссировать, но лишь собирать выступления группы поддержки «Дождя», систематизировать их и предъявлять всё более и более охреневающей публики.
Когда же за канал вписались Марк Солонин с его «Терпилами» (безусловной шедевр: тем, кто не читал, рекомендую – именно после таких текстов становятся Дмитриями Энтео) и Андрей Илларионов, в Кремле могли открывать шампанское: «Дождь» как самостоятельный политический игрок кончился.
Если за канал вступаются, используя, по сути, пронацистскую систему аргументации, больше ничего делать не надо: фотожабы, на которых «Дождь» из оптимистического переименовывался в фашистистический, казавшиеся поначалу очень грубым и несправедливым передёргиванием, вдруг оказались всего лишь сугубой констатацией.
Чтобы маргинализировать «Дождь» понадобилось каких-то пять дней. Да, в этом есть и несомненная заслуга власти, но львиную долю усилий взял на себя сам канал: никто другой не закопал бы его лучше.
И тот факт, что произошло это за неделю Олимпиады, являющуюся для Владимира Путина, по справедливому выражению, тем, чем Петербург был для Петра, показывает, что Путин обладает поистине мистическим всемогуществом: ещё один его противник снят с доски – и даже Альфреда Коха вызывать из отставки не пришлось.
Tags: Телевидение
Subscribe

  • (no subject)

    Задумался, отчего нынешняя оппозиционная волна не вызывает у меня, вопреки очевидной привлекательности лозунгов «За всё хорошее и против всего…

  • (no subject)

    Чем важен нынешний коронокризис в смысле предстоящего транзита власти в России? Тем, что он ставит крест на всех планах по поводу «Могущественного…

  • (no subject)

    Главным проблемоприобретателем нынешнего кризиса оказывается, безо всякого сомнения, Владимир Путин. Проблем этих на текущий момент насчитывается,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment