Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Categories:
Долго не мог взять в толк, отчего женщины
так бьются за узаконивание отношений, когда недостаточно просто сожительствования, но непременно нужнее штамп и свидетельство установленного образца.
Разгадка скрывалась в воспоминаниях Юлии Эйдельман, в девичестве Мадора, второй жены популярного историка и литератора. Юлия в течение четырнадцати лет была не просто возлюбленной Натана Эйдельмана, с которой он делил краткие часы отдохновения от семьи.
Юлия стала для него секретарём, машинисткой, литературным агентом, антрепренёром, с Юлией они отправлялись в творческие командировки, на гастроли, вместе отдыхали на юге, вместе дачничали. Юлию Эйдельман представлял своим друзьям, которые, в конце концов, приняли её в свой круг.
Словом, все эти четырнадцать лет, пока на шестом десятке Натан Яковлевич не отважился вторично связать себя узами брака, Юлия была не просто близким ему человеком, но самым главным в его жизни существом, без которого он не смог бы в полной мере состояться как профессионал – в том числе и потому, что в довордовскую эру подготовка беловика была целой проблемой, отнимавшей и время, и деньги…
И несмотря на всё на это, если бы Эйдельман не решился уйти от Эли, которая всё, разумеется, знала и не торопилась его отпускать, борясь за супруга годами и немало в том преуспевая, то сейчас официальной женой считалась бы именно она, а Юлия была бы лишь женщиной, с которой у известного учёного случился продолжительный роман, не более того.
Юридический статус оказывается важной вещью: одно дело – мемуары вдовы Эйдельмана, другое – записки его любовницы. Отношение разнится категорически: вдова рассказывает, как оно было на самом деле – трудно, но счастливо; любовница пытается убедить окружающих, что у них всё было серьёзно, по-настоящему. Вдове веришь: у неё бумага есть. Любовнице снисходительно сочувствуешь: возможно, так оно и было, да только после драки кулаками не машут.
Занятная деталь. Эля, когда в очередной раз взялась возвращать Эйдельмана в семью, не ограничилась упрёками и слезами, жалобами и восклицаниями, но пообещала, что станет ему помощницей в делах, для чего возьмётся за перепечатку рукописей.
И какое-то время обещание своё держала – исправно работая машинисткой. Но потом ей то ли надоело – труд муторный и нелёгкий, – то ли посчитала, что муж вернулся окончательно, но перебеление рукописей забросила.
Что сделал Эйдельман, который до того воздерживался от общения с, казалось, брошенной навсегда Юлией? Правильно: стал снова заказывать ей перепечатку; вследствие чего они опять начали видеться – и понеслось. Измена, тем более многолетняя, подобна алкоголизму – человек не излечивается, он лишь прекращает злоупотреблять – до первого соблазна.
Короче, женщины сугубо правы, вытребывовая себе «окончательную бумажку», и даже нынешняя – очень либеральная к соблюдению дедовских приличий – эпоха ничего с этим поделать не может: статус есть статус.
Tags: Феминное
Subscribe

  • (no subject)

    Фильм «Освободитель» совместного венесуэльско-испанского производства, посвящённый героической личности Симона Боливара, одного из отцов-основателей…

  • (no subject)

    О происходящем в Венесуэле, которая в последние неделю-две вновь – горячая тема, сужу по заметкам в потерявшем официальный статус аккаунте Николаса…

  • (no subject)

    К главной новости последних суток. Наши МиГи ещё не сели в Риге, но «Лебеди» уже в Либертадоре. P . S . По-видимому, основное…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments