Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

Categories:
Фильм Григория Козинцева и Леонида Трауберга
«Шинель», поставленный по сценарию Юрия Тынянова и представляющий собой контаминацию двух гоголевских повестей, помимо вынесенной в заглавие, в картине фигурирует и «Невский проспект», сейчас, спустя почти девяносто лет после премьеры (состоялась 10 мая 1926), историками и киноведами признан не только в качестве этапного для эволюции ФЭКС, но и в качестве несомненной победы советской кинематографии.
Разумеется, «Шинель» не оказалась столь же значительной, как, например, современные ей «Броненосец «Потёмкин» или «Мать», определившие стилистику целого направления, но для развития жанра экранизации фильм Козинцева и Трауберга, позволивших себе не следовать буквально фабуле, но попытаться встать вровень с автором, в чём-то его превосходя – и за счёт технических возможностей, и по причине большей осведомлённости, сделал, безусловно, очень много.
Словом, «Шинелью» принято справедливо гордиться: отечественный кинематограф, пережив свой Великий разлом в годы Гражданской войны и последующую деградацию – не только творческую (корифеи предпочли разъехаться по эмиграциям), но и производственную (элементарно отсутствовала плёнка) – очень быстро наращивал мускулы, доказывая, что может собственных Бауэров и Гончаровых земля советская рождать.
Однако восприятие современниками «Шинели» не было столь благостным. Вот, например, отрывок из рецензии Михаила Падво, датированной 18 мая того же 1926 года: «Был в кино. Смотрел «Шинель». И возмущался, и возмущаюсь. Возмущаются и другие…
Много можно было бы сказать о «повести в манере Гоголя», одной из бездарнейших фильм современности. Поистине надо обладать колоссальным запасом наглости, чтобы бессмысленный кино-винегрет приписывать Гоголю…
Ибо постановка «Шинели» должна квалифицироваться как растрата народного достояния, народных денег… И здесь вот – злостная спекуляция, граничащая с контрреволюцией (и экономической и политической)».
Любопытно сравнить эти проникнутые искренней ненавистью к предмету повествования строки с тем, что сегодня пишется о выходящих в прокат российских картинах. Не в том только смысле, что «Солнечный удар» – это злостное искажение бунинского рассказа или что «Левиафан» – граничит с русофобией (ака политическая контрреволюция).
Но – и это самое, пожалуй, поразительное в устойчивости обличительного дискурса – в неизменной фиксации на финансовой составляющей: опять киношники лохматят чужие денежки, народные, как их обозначали в 20-е, или налогоплательщиков, как их квалифицируют сейчас.
К чему я об этом заговорил? Нет, я не утверждаю, что через несколько десятилетий нынешние фильмы Михалкова или Звягинцева приобретут тот же непоколебимый статус, каким обладает фэксовская «Шинель», – пути развития российского кинематографа от меня скрыты.
Я всего лишь отмечаю сходство стилистики: в сущности, жанр остронегативной рецензии поменялся за эти девяносто лет мало, даже апелляции к несведущему зрительскому большинству – в качестве кульминации негодования – остались прежними.
Tags: Культура
Subscribe

  • (no subject)

    При всей циничности данного замечания, нельзя не согласиться с тем, что, выдавливая Константина Крылова из публичного пространства, обрезая ему…

  • (no subject)

    Довелось тут побывать на мероприятии в Сахаровском центре, посвящённом тридцатилетию Первого съезда народных депутатов СССР. Встреча вышла…

  • (no subject)

    Кто является главным выгодоприобретателем от убийства Аркадия Бабченко? Очевидно, что это не Кремль и не Путин. После того, как история с…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments