Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

В прежние времена,
когда я слышал, что украинский язык – это никакое не самостоятельное образование, но всего лишь наречие единого русского языка, которое, в стремлении максимально отделить от общего с Великороссией корня, как следует нагрузили новыми словечками, изуродовав лексически и интонационно, то испытывал в этот момент чувство неловкости за говорящего.
Слишком, казалось мне, в этом спиче много имперского шовинизма и неизбытой обиды за 1991 год и наше поспешное расставание с Украиной. В конце концов, надо смириться с отдельностью этой части некогда общего Русского мира и зажить с чистого листа, признав, в частности, самостоятельность украинской культуры и украинского языка.
Тем более что этот язык, как мнилось мне по слабому с ним знакомству, когда редко попадающие на глаза тексты по-украински поражали и отталкивали внезапным несходством (реформаторы совершенно верно вводили и вводили предельно отличающиеся от великорусского извода слова) свидетельствовали о категорической пропасти между нами и о правильности наделения украинской мовы суверенным статусом.
Это спокойная уверенность продержалась до нынешнего кризиса, когда потребность получать информацию из первых рук и знать, что происходит во враждебном лагере без искажающих смысл посредников, вынудила обратиться к источникам на украинском.
Поначалу было непросто: чужая и потому чуждая речь сопротивлялась, но несколько месяцев усилий всё же увенчались успехом – я начал разбирать тексты на украинском даже без помощи переводчика.
Постепенно преграды пали, я перестал смущаться, когда в Сети вдруг возникали посты или целые статьи на мове, улавливая смысл и даже порой настроения их авторов. Однако чем дальше я погружался в украинский, тем больше меня охватывало тревожащее подозрение: стоило мне освоиться с лексикой и особенностями морфологии, украинский язык тут же утратил все признаки иной ментальной среды, иной культуры, которую надо постигать и трактовать, ежеминутно упражняясь в герменевтике…
Иначе говоря, после нескольких месяцев знакомства, украинский оказался – по своему строю, синтаксически и грамматически – тем же русским языком, только как следует исковерканным, по злой воле или несчастному случаю.
Чтобы не быть голословным, приведу небольшой разъяснительный пример. Возьмём фрагмент современного украинского текста на общественно-политическую тематику из колонки, написанной именно украиноязычным автором, и переведём её слово в слово на русский.
Вот оригинал: «Пізніше депутати бідкалися в кулуарах, що вся країна звинувачуватиме їх в тому, що беруть хабарі за виконання своїх обов’язків, а насправді всі вони, крім Мосійчука, чесні і майже святі. Але більш правдивими були їхні емоції під час перегляду відео від генпрокурора – у багатьох на обличчях був справжній переляк. Скільки подумки перехрестились – що цього разу “пронесло”, і не вони «герої» прокурорського “фільму”»?
А теперь «пословный» перевод: «Позднее депутаты жаловались в кулуарах, что вся страна обвиняет их в том, что они берут взятки за исполнение своих обязанностей, а в действительности все они, кроме Мосийчука, честные и почти святые. Но более правдивыми были их эмоции во время просмотра видео от генпрокурора – у многих на лицах был настоящий страх. Сколько мысленно перекрестились – что в этот раз пронесло и они не герои прокурорского “фильма”»?
Чем важен этот эксперимент? Тем, что получившийся текст не просто очень близок исходному, а также, за исключением небольших правок, которые придадут ему большую литературность, может тут же быть поставлен в печать, – но тем, что при переводе не пришлось перекраивать архитектуру предложений, что слова и словосочетания идут в том же порядке, в каком они существуют в оригинале.
С текстами на романском или германском языках такой бы номер точно не прошёл: иной строй речи вынудил бы нас серьёзно редактировать предложения, полностью меняя их структуру, чтобы получившийся перевод был более или менее похож на привычный нам русский язык.
Какой вывод можно сделать из всего этого? Украинского языка – как самостоятельной единицы – не существует, есть малороссийское наречие единого русского (восточнославянского) языка. Чтобы украинцам не было обидно, «росiйську мову» следует считать великорусским наречием того же восточнославянского языка.
Лично у меня против такой таксономии нет никаких возражений.
Tags: Языкознание
Subscribe

  • (no subject)

    Последние по времени инициативы американской администрации, когда буквально подряд новый хозяин Белого дома и к сердцу прижмёт, предлагая…

  • (no subject)

    «Сакко и Ванцетти». Итальянский фильм 1971 года, снятый кинематографистами левых убеждений и призванный почтить память погибших от произвола…

  • (no subject)

    «Пилот реактивного самолёта». Вышедший в 1957 году фильм, который спродюсировал Говард Хьюз, любопытен как пример того, что кинокартина – это…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments