Говорухинский фильм, помимо прочих его достоинств, обладает ещё одним небесполезным содержательным пластом, позволяя закрыть некий старый гештальт.
Действие повести и, соответственно, картины разворачивается в Таллине, тогдашней столице Эстонской ССР. Говорухин, за что ему спасибо, имитировать этот город отказался и картину снимал на месте, добавив в окружающую обстановку кое-какие приметы советского быта.
Где-то это получилось лучше, приближение к 1969 году максимально, где-то хуже, возможности съёмочной группы тоже не безграничны, порой приходится использовать анахронические предметы и здание, относящиеся, однако, к периоду до 1992 года.
Но это всё не существенно, поскольку главный эффект, в части изображения места действия, производимый «Концом прекрасной эпохи» не в этом, он в том, что, к явному неудовольствию эстонских патриотов, сегодня Таллин оказывается по-настоящему интересен только русским.
Причём интересен в сугубо ностальгическом аспекте. Когда-то, для поколения наших родителей, Прибалтика, и Таллин в частности, были кусочком иной жизни, почти заграницей. Отголоски этого восторга остались в памяти, заставляя выделять этот уголок Европы из числа прочих её многочисленных частей.
Не будь этого личного отношения (столько лет прожили вместе, теперь разбежались, любопытно, куда и насколько), Таллин, и Прибалтика в целом, вообще остались бы без туристического потока, проигрывая иным направлениям с треском.
После крушения Железного занавеса оказалось, что в Европе существует нешуточная конкуренция среди «маленьких уютных стран», выдержать которую, когда есть столько «подлинно европейских городов с многовековой историей», очень непросто.
Потеряв своё привилегированное положение «окошка в цивилизованный мир», Таллин стал заурядным; в фильме он, особенно на фоне Ленинграда, где зима, грязный снег и рюмочная в подвале, выглядит ухоженным и милым, что в 1969 году должно было котироваться высоко.
Но, глядя из сегодняшнего дня, вся эта очаровательная антисоветская европейскость представляется копией, старательно сделанной, заслуженно пользовавшейся популярностью, но всё равно копией.
Таллин, и это самое обидное, окончательно потерял актуальность, полностью исчезнув из культурного пространства. Кто его может втащить обратно? По иронии истории, только бывшие «оккупанты – но не потому, что вновь угрожают полубутафорской независимости Эстонии, а потому, что поминают его в своём кинематографе.
Возможно, что молодое поколение зрителей фильма Говорухина, вопреки свойственному юности географическому кретинизму, обратит внимание на город, где разворачивается сюжет «Конца прекрасной эпохи», и даже элегически проникнется по поводу закончившейся двадцать лет как легенды.