Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

После довольно долгого периода затуманенности,
ситуация на Украине наконец-то прояснивается. Если говорить кратко, то события развиваются в правильном направлении – вне зависимости от конечного вектора.
Главный вопрос сегодня – это имплементация вторых Минских соглашений, т.е. реализация большого комплекса мер (от амнистии до народной милиции), согласованных год назад в ходе бесконечной февральской ночи – с участием нескольких глав государств и правительств.
Итак, возможны два варианта: либо Украина провалит имплементацию, либо её всё-таки дожмут. В первом случае – после всех многочисленных усилий по уламыванию Киева, к которым подключились не только европейцы, но и американцы, – нас ожидает, спустя полгода, частичное снятие санкций с России.
В прошлый раз их продляли в связи с отсутствием прогресса в деле урегулирования якобы из-за саботажа Москвы; сейчас, когда, вместо российского саботажа – саботаж украинский, а желание зарыть топор экономической войны есть как на Западе, так и на Востоке, вполне вероятны первые послабления.
Нет, разумеется, до полного прекращения санкционного давления далеко, да и сам объём новых контрактов может оказаться весьма скромным, но тут важен прецедент: отношения России и Европы начинают постепенно размораживаться – с непременным последующим ускорением.
Насколько серьёзным будет положительное влияние этого послабления на российскую экономику – вопрос открытый (проценты роста ВВП, доли процентов), но вот на украинское общественное мнение это событие, безусловно, произведёт достойный эффект.
До сих пор украинское мужество и украинскую стойкость поддерживала убеждённость, что Россия, зажатая в тиски санкций, вот-вот рухнет (у нас были аналогичные упования насчёт Украины – в связи с обрушением её ВВП и могучей инфляцией).
Более оптимистичные давали нам год, более реалистичные – пару лет; однако и те, и другие были солидарны: крах России неизбежен, а с этим крахом неизбежна и победа Украины в братской войне – подразумевающая не только возвращение утраченных территорий, но и значительные приращения, едва ли не до Большого Кавказского хребта.
Частичная отмена санкций, объявленная официально, кладёт конец этим надеждам и, соответственно, резко подтачивает украинские стойкость и мужество, когда бессмысленно уже из последних сил стоять ночь и держаться день, потому что таких ночей и дней впереди – тысячи.
Результатом этого подтачивания («Запад нас опять предал, мы снова один на один с Россией») может стать нарастание оппортунистических настроений: «Мы, конечно, москалям ничего простили и не забудем, пепел Дебальцево по-прежнему стучит в наши сердца, но против лома нет приёма, и потому – пора договариваться…»
Во втором случае Украину тоже не ждёт ничего хорошего, поскольку особый статус Донбасса, отдельный порядок формирования местной власти, собственные силовые структуры и т.д. означают, что Киев фактически признаёт ДНР и ЛНР, пусть и проходящие в документах под пугающим украинское ухо псевдонимом ОРДЛО, удостоверяя, что Освободительная война 2014 – 2016 годов проиграна вчистую.
И действительно, если целью войны была ликвидация сепаратистских анклавов и предотвращения распада государства, а её итогом стало укрепление этих анклавов и получение ими гарантий неприкосновенности в обозримой перспективе (даже Ичкерия, напомню, не сумела заставить Россию перекроить под себя Конституцию), то никакой иной квалификации, кроме как поражение, финал этой двухлетней борьбы не заслуживает.
Что – автоматически – поднимает в украинском обществе вопрос о том, кому платить за разбитые горшки. Очевидно, что победа списала бы все потери и расходы (тысячи загиблых патриотов, десятки разрушенных селений, миллиарды потраченных гривен – справедливая цена за победу над Россией и утверждение Украинской державы), но, в случае признания поражения, всё будет иначе.
Начнётся большая национальная разборка, в ходе которой затронутся несколько важных тем: а) во сколько обошлась Украине проигранная война (с открытием архивов спецслужб, поскольку на военную тайну ссылаться более нельзя – хуже уже не станет); б) почему была избрана именно силовая стратегия, хотя можно было договориться на тех же капитуляционных условиях и без пальбы; в) кто и когда принимал роковые решения – при проведении собственно боевых действий.
Выльется ли эта дискуссия в конкретные политические пертурбации – вроде импичмента президента или досрочных парламентских выборов – судить пока рано. Одно ясно: вторая половина 2016 года на Украине ожидается насыщенной.
Tags: Украина
Subscribe

  • (no subject)

    Завязавшийся было в социальных сетях спор о том, кто именно должен возглавлять столицу – москвич не в первом поколении или понаехавший, можно решить…

  • (no subject)

    Чем полезна история с реновацией для текущей российской политики? Тем, что она окончательно вычеркивает из списка потенциальных наследников одного…

  • (no subject)

    Почему нынешнее общественное противостояние по поводу сноса пятиэтажек в Москве производит такое грустное впечатление? Потому что та сторона,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments