живописец Бальтазар Клоссовски рассказывает: «Я очень любил Пикассо. Это был выдающийся человек. Он очень интересовался моей живописью и часто приходил в мастерскую, чтобы посмотреть, что я делаю. Во время войны он купил мою картину в одной парижской галерее. Она называется «Дети» и находится сейчас в музее Пикассо, в Париже».
Вот так – без какого бы то ни было перехода: «Он был выдающийся человек. Он очень интересовался моей живописью». И, как бы парадоксально это ни звучало, именно такое поведение для человека творческого есть не просто совершенно нормальное, но, по сути, единственно возможное.
Вообще это один из критериев, отделяющих настоящего художника от имитатора: настоящий художник – это абсолютный эгоцентрик, всем существом убеждённый, что весь мир вокруг него – от планет и созвездий до ассистентов и меценатов – создан только для того, чтобы он сумел реализоваться.
Если же вера в собственную избранность будет иметь иной – чуть меньший накал, то художник просто не состоится: конкуренты затопчут. Пикассо – гений, пока покупает мои картины. В остальном он – так себе, единственное достоинство: хорошо развитая грудная мускулатура, из Пикассо бы вышел отменный циркач.
«Я – багиня». Это касается не одних лишь женщин.