посвящённый, как понятно из названия, судьбе великого полярного исследователя, причём действительно великого, ибо даже СССР, ревниво относившийся к чужим подвигам и достижениям, позволил назвать его именем улицу в Москве и выпустить марку, производит эффект, противоположный задуманному.
По идее, погружаясь вслед за главным героем в его походы по диким местам, зритель должен проникаться вольным духом странствий, чтобы, вернувшись домой, оглядеться по сторонам, заметить убогость и скуку привычной обстановки, плюнуть на рутину и сорваться к чёрту на кулички: лучше насмерть замёрзнуть в Арктике, чем мирно скончаться в собственной кровати…
Зритель, соприкоснувшись с величайшими победами Амундсена, человека, покорившего Северный и Южный полюсы, просто не может остаться равнодушным, ведь эти победы не только триумф одного норвежского путешественника, но и уникальные достижения для всей нашей истории в целом.
Шутка ли: миллионы лет ни одно разумное существо не забиралось так далеко – на самую макушку планеты! И вот отважный Амундсен проникает в эту враждебную и прежде закрытую область. Гордость за победителя, гордость за Норвегию, гордость за человечество: yes, we can.
Но эти переживания, как выясняется, годятся лишь, если они будут произведены мощью личной фантазии, когда о похождениях Амундсена рассказывается на книжных страницах. В этом случае воображение рисует действительно впечатляющую картину, сопровождающуюся музыкой Вангелиса из «Завоевания рая».
В исполнении же норвежских кинематографистов, сознательно или нет деконструирующих мифологию великого подвижничества, покорение полюса выглядит совершенно иначе. Большое снежное поле. Человек с секстантом производит небольшую манипуляцию. «Да, это здесь». Волнение на лице Амундсена.
Погодите, погодите. Т.е. вот этот здоровый белый пустырь, одинаковый что для Арктики, что для Антарктики, и есть тот самый полюс, даже Полюс, ради которого одни взрослые люди были готовы жертвовать своим имуществом и жизнью, а другие десятки тысяч, узнав о таком, писали от радости кипятком?
Этот бесполезный, бессмысленный квадрат пространства в каких-то ебенях и являлся вожделенной целью для продолжавшейся много лет гонки, а человек, до него доковывлявший, превращался в национального героя, которого буквально носили на руках?
Люди, вы реально обезумели, ненавязчиво сообщают нам норвежские кинематографисты, и с ними невозможно спорить. Восхождение на Эверест ещё имеет хотя бы какой-то эстетический смысл: с крыши мира я осматриваю окрестности. Но переться по снежной целине до абстрактной точки?.. В России зимой таких полюсов – в каждом пригороде: морозь сопли и открывай – сколько влезет.
И на фоне мышиной возни одержимого неиссякаемым тщеславием Амундсена совсем по-иному выглядит его старший коллега Нансен, настаивавший: если ты сунулся на Севера, то будь любезен провести свою вылазку хоть с какой-то пользой для науки – а не ради жадных до сенсации газетчиков.
И происходит переосмысление фигуры Колумба, который не был честолюбивым выскочкой, всего лишь пионером эпохи Великих географических открытий, но рисковал собой и эскадрой ради поиска новых торговых путей в Индию, а заодно превратил Испанию в мировую державу.
Колумб заслуживает уважения потомков. Фигляр Амундсен нет. Да, приятно, что на Южном полюсе он опередил британцев и утёр им нос, но на этом его заслуги перед человечеством исчерпываются.