Денис Чукчеев (chukcheev) wrote,
Денис Чукчеев
chukcheev

 Е.В. Тарле, пожалуй, чересчур строг к Императору Александру, когда речь заходит о событиях поздней осени 1805 года, которые привели к Аустерлицкой катастрофе. Впрочем, историк работал в непростое время, когда трудно было рассчитывать на возможность беспристрастного разбора поступков коронованных особ.

Не в коей мере не умаляя заслуги Кутузова, чётко понимавшего сильные и слабые стороны Наполеона, а потому требовавшего уклонения от генерального сражения, затягивания кампании и дальнейшего отступления, т.е. совершенно правильно судившего с точки зрения военачальника, следует отметить, что Александру приходилось действовать в сложившейся к началу декабря обстановке как политику, как руководителю одной из коалиционных держав.

Если рассматривать поведение российского Императора в этом ракурсе, то можно обнаружить, что, вне зависимости от личной склонности к авантюризму, которая якобы была присуща Александру Павловичу и его окружению, у него было не так много возможностей избежать рокового сражения.

Во-первых, ему это не позволили бы сделать его австрийские союзники. После разгрома армии Мака, падения столицы, утраты коренных габсбургских владений и изоляции сражающихся в Италии войск надежда на успех в предстоящей генеральной битве – последнее, что удерживало Австрию в войне. Уход русской армии на восток автоматически означал бы заключение сепаратного мира и развал коалиции.

Во-вторых, Александр, приложивший немало усилий для вовлечения Пруссии в Третью коалицию, лично наблюдавший колебания королевского двора, должен был понимать, что прусская решимость сражаться напрямую зависит от готовности союзников вносить свой вклад в общую борьбу. Оставление Богемии приводит к тому, что Пруссия, способная действовать на коммуникациях Наполеона, сохраняет нейтралитет.

В-третьих, Александр не мог не считаться с общественными настроениями в России, которая ожидала от молодого Императора побед: впервые, после Петра Великого, монарх находился в действующей армии. Это обстоятельство не могло не остаться незамеченным, порождая излишний энтузиазм, который резко сужал пространство манёвра. Отправляться на зимние квартиры без того, чтобы добиться впечатляющего успеха, было немыслимо по соображениям престижа.

Tags: История
Subscribe

  • (no subject)

    Очередная круглая годовщина Декабристского путча сопровождалась, как и положено в таких случаях, дискуссиями о том, что было бы, коли мятежникам…

  • (no subject)

    О советской цензуре. Читаю вышедшую во второй половине 70-х годов прошлого века в респектабельнейшем издательстве «Наука» книжку, чей тираж, менее…

  • (no subject)

    Послесловие к «Французу». Поскольку без недостатков и недоработок обойтись невозможно, то вот мои претензии к картине Смирнова, которые, конечно, не…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments