телевизионный фильм «Буйные всадники», при всей своей постановочной скромности и по сути учебным характером, когда лента лишь иллюстрирует эпизоды из национальной истории, вполне законно может претендовать на нечто большее.
Например, на то, чтобы отобрать и давнего шедевра Дэвида Гриффита его название «Рождение нации». Как известно, первоначально монументальное полотно именовалось куда скромнее – «Член клана», но, и тут Гриффита нельзя упрекнуть, было изменено на более завлекательное.
Однако подлинное рождение нации мы обнаруживаем отнюдь не у него, где события разворачиваются на терзаемом Реконструкцией, побеждённом и униженном Юге, а чуть на несколько десятилетий позднее.
Итак, 1898-й. На Кубе уже три года продолжается восстание против испанского владычества, США поддерживают инсургентов, признав их воюющей стороной, однако старой колониальной удаётся удерживать остров.
Необходимо прямое вмешательство, и Соединённые Штаты объявляют войну Испании. Помимо флота в ней принимают участие регулярная армия и набранные добровольцы, из которых формируется полк «Буйных всадников».
Активное участие в формировании полка принимает заместитель морского министра и будущий президент Теодор Рузвельт, получивший чин подполковника, полковником он станет уже в ходе боевых действий.
Фильм длится три часа, и примерно половина посвящена тому, как, собственно, возникают «Буйные всадники», куда попадают самые колоритные персонажи тогдашних Соединённых Штатов.
Здесь и скрывающиеся от правосудия грабители с большой дороги, и ищущие самоутверждения наследники влиятельных семей с Северо-Востока, и потерпевшие крушение в личной жизни, и говорящие с испанским акцентом идальго, и мрачноватые индейцы – людей попроще такая отчаянная авантюра не смогла бы привлечь.
Впрочем, не одними добровольцами, из которых за считанные недели слепили обученных воинов, Вашингтон планирует завоевание Кубы. На остров переправляется линейная пехота и кавалерия, причём есть и цветные части.
В армии США сохраняется сегрегация, потому для чернокожих существуют отдельные подразделения, которыми командуют белые офицеры, как, в данном случае, это делает лейтенант Першинг.
Возглавить же операцию поручено бывшему генералу Конфедерации, который прежде сражался против Севера, а теперь вынужден, преодолев сомнения и душевное волнение, встать под знамёна федералов и надеть ненавистную синюю форму. Впрочем, очутившись на Кубе, он вытащит свой старый серый мундир – и это никого не возмутит.
Надо отдать должное, кампания для США складывалась исключительно удачно. Между высадкой и генеральным сухопутным сражением прошла всего-навсего декада, и экспедиционный корпус не вкусил всей тяжести борьбы в гнилых местечках, когда соотношение умерших от болезней к убитым в бою составляет 10:1.
Американцы вышли к высотам Сан-Хуан и в жестоком бою, под прицельным артиллерийским огнём, которым руководили завербовавшиеся в испанскую армию немецкие офицеры, последовательно взяли холм за холмом, чтобы водрузить над вражеским пакгаузом звёздно-полосатое знамя.
И в ходе этого боя, неся потери, дрожа от страха, показывая образцовую храбрость и демонстрируя дерзкую отвагу, ньюйоркцы из 71-го пехотного, негры из 10-го кавалерийского и «Буйные всадники», пожалуй, впервые за тридцать с лишним лет ощутили себя единым целым – All Americans.
Потому финальные сцены братания победителей, когда бывший злодей и бывший мажор, которые никогда не смогли бы пересечься в мирной жизни – по социальным, а отнюдь не географическим причинам, совершенно не выглядят фальшивыми.
Наоборот, затихающая стрельба над Сан-Хуаном, крики добиваемых пленных, ржание выживших в этом безумном штурме лошадей оказываются лучшим сопровождением этой сцены – сцены рождения единой нации, которая наконец-то сумела преодолеть тот чудовищный раскол, который едва не погубил эту великую страну всего поколение назад.
И, соответственно, главная реплика фильма – это та, что произносит седоусый ветеран в сером кепи в ответ на замечание внука, наблюдающего за проездом эшелона с войсками: «Янки едут». «Нет, это едут американцы».
Ветеран произносит свои слова авансом: «Буйным всадникам» ещё предстоит оправдать эту веру, разгромив испанцев и освободив Кубу, но первый камешек, который и сдвинет лавину, уже шевельнулся.
И только посмотрев этот фильм, начинаешь понимать, насколько для США была важна война 1898 года – не по геополитическим, но по психологическим соображениям: это не ещё одна интервенция в Латинскую Америку, о которой тут же все забудут, это схватившийся фундамент будущего великодержавия: между заявкой на участие в премьер-лиге глобальной политики и статусом триумфатора в Мировой войне всего двадцать лет.
Бесконечно досадно, что в то лето испанцы сразу же сдались. Впрочем, они только искали повод, чтобы сбросить с себя имперское бремя.